Сначала я написал много саркастических слов в адрес ЗАО “РПЦ”. Текст был полон сумбура и несвязных тезисов и я решил оставить оставить его на редактирование. Текст был отредактирован и я потянулся было к кнопке паблиш, но почуствовал необычное ощущение – ощущение опаски, страха. Перед глазами пролетели тысячи судов за экстремизм, за клевету, и за другие свободные измышления мысли. И мне показалось, что это чувство очень важно.
Свободное общество, а общество должно быть максимально свободным, не должно даже догадываться о существовании запретных тем. Не может просто существовать запретных тем. Их не существует в принципе – все темы одинаковы в сущности, идниффирентны. Глупо меня (тебя, вас) в этом ограничивать. Я (ты) говорю, что хочу. Я выражаю мнение, если я не прав – учусь на нем.
Не бывает оскорблений. Бывает критика – обоснованная или нет. Обоснованная критика учит кртикуемого, необоснованная не должна вызывать никаких эмоций у кртитикуемого, и никакого ущерба ему не наносит тем более. Но каждая кртитика должна зпустить механизм оценки истинности критики у критикуемого – не прав ли критик? Свободного, здравомыслящего человека просто не может оскорбить чужое ошибочное высказывание в его сторону. Еще есть поливания грязью, то есть тупое оббрасывание фекалиями в стиле “ты мудак и по другому никак”, которые могут доставлять удовольствиие, только если мудак обижается (кстати это тоже должен знать каждый). Если мудак обижается, когда в него летит факалия пролетариата, то он закомплексованный маньяк-убийца, который на всех априори в обиде и мечтает всех нахуй убить но не может пойти постал потому что боится самого себя даже и не не может о таком (запретном же) подумать.
Свободный, адекватный человек пропускает любые оскорбления и критику через призму здравого смысла, пытаясь усмотреть почву для кртики в своих ошибках или неправоте (процесс называет рассждением). Если находит свою ошибку, исправляет ее. Если нет, пропускает мимо ушей. Как вообще чистая информация может вызавать эмоции?
В нашем государстве есть законодательная база, которая кстати работет, защищая закомплексованных потенциальных почтальонов от свободных, которые критикую неправых почтальонов, пытаясь методом проб и ошибок (даже авиносцы проектируют так) повысить эффективность жизнедеятельности почтальонов. Почтальоны же православно рады и писаются от счастья, что могут засудить кого угодно за свободные речи. Такая политика государства, а именно поддержка консервативного неуспешного сословия почтальонов, это не курс государства. Это стагнация. Почтальоны не смогут построить эффективную экономику, хотя бы потому, что не умеют адекватно воспринимать критику, а самодержавно борятся за свои права, которые им дадены ради удержания стагнации, потому что стагнация бесконечно выгодна держателям власти.
Свободное государство должно держать курс на свободу. А именно отменять санкции на любые выражения и на любую критику. Мысль должна быть свободной и не загрязненной идеологиями или еще хуже комплексами. Не может свободное государство иметь ни цензуры, ни понятия “оскорбление”, ни понятия “клевета”. Просто потому что эти явления выдуманные и на самом деле не существуют. Существуют слова и оценки, правда и ложь. Они равноценны. ложь и правда например части истины. Безэмоциональная информация. Без лжи само понятие истины невозможно. Каждый свободный должен искать истину самостоятельно, продираясь через дебри правильной и неправильной информации, находясь в процессе бесконечного бешеного поиска и пересмотра ценностей, но не в процессе поглощения “правды” заместо “неправды” и отгораживания от последней.
ЗЫ: так вот о теме вобщем. Я не могу смотреть на церкви – всегда жмурюсь. Там на крышах – стоят стилизованные груди. Я, как человек культурный и вообще в прошлом гимназист, сильно возмущен этим фактом и всегда краснею. Чтобы ты, мой зазевавшийся читатель, понял о чем я, дарю тебе эту страшножабу, которую я мимолетно побоялся запостить. Пиарь.
